Шифры Эзопа
Голос за кадром: В эфире самое аналитическое шоу страны, где мы называем вещи не своими именами! У нас в студии ведущий эксперт по всему, политолог Аристарх Аристовский и таинственный инсайдер, магистр геополитических многоходовочек Моисей Чаплыгович.
Ведущий (АркадийЛепет, тяжело оперевшись на стол, сканируя гостей холодным взглядом): Господа, ситуация на мировой арене накалилась до состояния ледяного спокойствия. Аристарх, как вы оцениваете вчерашнее, скажем так, некое движение неких масс в известном всем направлении?
Аристовский (потея, поправляя галстук, словно тот стал ему маловат): Вы знаете, если рассматривать этот кейс через призму эзотерической макроэкономики… Мы наблюдаем, я бы сказал, беспрецедентный турбулентный штиль. Геополитические медведи, ну, вы понимаете, о ком я, решительно легли в спячку, чтобы, так сказать, продемонстрировать волкам свою колоссальную маневренность! Это классический отрицательный прорыв с элементами позитивной стагнации.
Ведущий (чуть прищурившись, его голос становится пугающе бархатным): Гениально. То есть, переводя вашу блистательную метафору на язык суровой логики… Наш медведь не просто захрапел в берлоге, он, собственно говоря, стратегически впал в кому от собственной гениальности, забыв предупредить лес? И теперь мы называем паралич «высшей формой неподвижного доминирования»? Какая смелость в суждениях, Аристарх!
Аристовский (хлопая глазами, не понимая, хвалят его или уничтожают): Э-э… ну, в некотором роде, если экстраполировать…
Ведущий (рубя воздух ладонью): Не отвлекайтесь, Аристарх, вы прекрасны в своем смысловом вакууме. Моисей, а что говорят ваши источники? Вы-то у нас человек, вхожий туда, куда нормальным людям вход воспрещен санитарными нормами.
Чаплыгович (делает максимально удручающее лицо, понижает голос до заговорщицкого шепота): Я скажу так… Карты розданы. Черные лебеди уже не просто вылетели, они, образно говоря, снесли зеленые яйца инфляции прямо в гнездо многополярного мира. Но! Хочу подчеркнуть. То, что я сейчас озвучил — это верхушка айсберга. Примерно тридцать процентов от того, что мне реально известно. Остальное я просто физически не могу озвучить… Исключительно в силу государственной тайны. Умные — поймут. Просто купите гречку и ждите сигнала.
Ведущий (медленно откидывается в кресле, на его лице расплывается хищная улыбка): Моисей… Это же высший пилотаж информационной безопасности. Вы сейчас совершили настоящий подвиг в прямом эфире. Вы героически скрываете от противника то, о чем сами не имеете ни малейшего понятия!
Чаплыгович (бледнея, дергается вперед): Господин Лепет! Вы искажаете дискурс! У меня инсайды! У меня векторы!
Ведущий (не повышая голоса, но так, что в студии звенит тишина): У вас, Моисей, словесное недержание на фоне острого дефицита фактов. Давайте я помогу вам обоим упаковать вашу мысль в идеальный эзопов формат. Итак, мы имеем «позитивную стагнацию» и «тайну, которую нельзя называть». Говоря нашим, глубоко аналитическим языком: мы стремительно движемся вперед, филигранно скользя на собственных ягодицах назад. При этом, мы так тщательно зашифровали наши планы, что теперь сами не можем вспомнить, куда, черт возьми, мы направлялись.
Аристовский (взрываясь, срываясь на фальцет): Это провокация! Это обесценивание суверенитета фауны! Мы используем многослойный нарратив, чтобы обыватель…
Ведущий (перебивая, мягко, как ребенку): Чтобы обыватель не догадался, что король не просто голый, а что у короля еще и справка от психиатра? А вы двое — просто ведущие эксперты по крою и шитью его невидимых кальсон.
Аристовский (багровея, судорожно вцепляясь в край стола, как в спасательный круг): Господин Лепет, вы скатываетесь в вульгарный популизм! Мы не шьем кальсоны, мы конструируем амбивалентную парадигму! Мы генерируем информационный туман, чтобы дезориентировать внешние центры принятия решений! Это, если хотите, наш асимметричный ответ!
Ведущий (заинтересованно склонив голову, тон становится еще мягче): Информационный туман? Аристарх, когда взрослый человек регулярно пускает газы в переполненном лифте, чтобы скрыть от соседей, что он обмочился — это не асимметричный ответ. Это просто вонь и мокрые штаны. И соседи, поверьте, в курсе. Вы кого дезориентировать-то пытаетесь? Тех, кто нам этот лифт продал?
Чаплыгович (вклиниваясь, сверкая глазами, пытаясь задавить авторитетом): Вы играете с огнем! Если мы начнем транслировать вашу так называемую «правду», начнется социальная энтропия! Мы выстраиваем многоуровневую архитектуру национальной гордости. Народ не готов к экзистенциальному вакууму! Вы хотите паники?!
Ведущий (тяжело вздыхает, потирая переносицу): Моисей, народ не готов к тому, что колбаса скоро будет продаваться в ювелирных магазинах по предъявлению паспорта. А ваш «экзистенциальный вакуум» — это просто дырка в кармане, которую вы с умным видом называете «окном новых возможностей». Гордость, говорите? Какая прелесть. А скажите, инсайдер вы наш, вот эта ваша «архитектура» — она из чего строится? Из тех тридцати процентов тайного знания, или из оставшихся семидесяти процентов откровенного вранья?
Аристовский (в панике переходя на максимальную плотность птичьего языка): Вы подменяете понятия! Мы формируем альтернативную онтологию! Где минус — это просто плюс, находящийся в стадии отрицательной консолидации! Это диалектика исторического перехода, которую простому уму не постичь!
Ведущий (искренне и радостно всплеснув руками): Блестяще! Альтернативная онтология! Аристарх, давайте проведем наглядный эксперимент. Завтра бухгалтерия нашего телеканала выплатит вам гонорар в рамках этой самой онтологии. С отрицательной консолидацией. То есть, вы еще и должны останетесь. Но вы же не расстроитесь? Вы же интеллектуал. Придете домой и скажете жене, что у вас в кошельке теперь не пустота, а «суверенный финансовый штиль».
Чаплыгович (нервно вытирая лоб платком, голос начинает предательски дрожать): Это демагогия… Мы стоим на страже смыслов! Мы охраняем периметр!
Ведущий (ледяным тоном, нависая над столом так, что эксперты вжимаются в кресла): Вы стоите на стреме, Моисей. Пока кто-то другой выносит мебель. И вместо того, чтобы кричать «Грабят!», вы проникновенно шепчете в микрофон: «Происходит интенсивная релокация деревянных активов в интересах будущих поколений».
(Вот теперь Аристовский и Чаплыгович замирают с открытыми ртами. Цугцванг захлопнулся. Они не могут заорать «Сам дурак!» — это разрушит их образ академической элиты. Они не могут согласиться, потому что это признание в соучастии. Они просто сидят, как две глубоководные рыбы, выброшенные на берег «позитивной стагнации», и судорожно хватают ртами свой собственный информационный туман).
Ведущий (поворачивается в камеру, взгляд тяжелый, спокойный, телевизионно-идеальный): Уважаемые телезрители. Сегодня мы стали свидетелями уникального явления. Наши эксперты виртуозно доказали, что если долго жевать воздух, можно убедить себя, что ешь шашлык. Покупайте гречку, господа. И когда будете ее варить — молчите. Ведь, как учит нас современная геополитика, самая глубокая мысль — это та, которой нет. С вами был Аркадий Лепет в передаче «Не шептать!». До встречи на дне нашего информационного айсберга.